0%
    «Это не сюжет антиутопии, это мир, в котором мы живем»

    «Далекая метрополия словно зачарованный край». В издательстве Музея «Гараж» вышла книга Франца Фанона «Черная кожа, белые маски»

    Публикуем отрывок из нее и разыгрываем сразу два набора книг о постколониализме.

    В издательстве Музея современного искусства «Гараж» выходит русский перевод книги Франца Фанона «Черная кожа, белые маски», которую мы включили в подборку постколониальной литературы. Это первый полный перевод книги на русский язык, а его появление в 2022 году символично: идеи Фанона помогут найти новые точки зрения на происходящие в России процессы.

    Франц Фанон — ученик Сартра и Мерло-Понти, один из идеологов освобождения Алжира, идейный вдохновитель Малкольма Икса и «Черных пантер». Фанон родом с Мартиники, это заморский департамент Франции в Карибском море, на Малых Антильских островах. Мартинику лишь с натяжкой можно назвать частью Центральной Америки, чернокожие мартиникцы как будто «зависают» в колониальной иерархии между французскими французами и населением франкофонной Африки.

    Книга Фанона получилась своеобразным манифестом. В самом начале он буквально отказывается от методологии, предпочитая выдать читателю набор ярких эмоций и образов. 

    С разрешения издательства мы публикуем отрывок из книги, а еще разыгрываем четыре постколониальных набора книг от издательства Музея «Гараж»: «Ориентализм» Эдварда Саида и «Черная кожа, белые маски» Франца Фанона. 

    • Два набора у нас в телеграме мы разыгрываем прямо сейчас, вот ссылка на пост с розыгрышем;
    • Два — в инстаграме запустим в конце недели, но подписаться на нашу инсту можно уже сейчас @prtbrt.

      Отправить два телеграмных приза мы сможем только по России, а два инстаграмных, в случае если победитель будет не из России, отправим и за рубеж. Отметим, что сроки доставки за рубеж будут сильно зависеть от страны назначения. Приобрести книгу «Черная кожа, белые маски» вы можете в магазине издательства по ссылке.
    Франц Фанон
    Wikimedia

    Собирающийся во Францию чернокожий преображается, поскольку метрополия представляется ему Святилищем. Перемена в нем вызвана не только тем, что благодаря Франции он узнал о Монтескье, Руссо и Вольтере, но и тем, что метрополия подарила ему врачей, руководителей департаментов и бесчисленных мелких служащих — начиная со старшего сержанта («пятнадцать лет на посту») и заканчивая полицейским — уроженцем коммуны Панисьер. Далекая метрополия — словно зачарованный край, и вокруг того, кто отправится туда через неделю, создается магический круг, а слова «Париж», «Марсель», «Сорбонна», «Пигаль» становятся волшебными заклинаниями. Наш антилец выходит из дома, и недостаточность его бытия сокращается по мере приближения силуэта корабля. В глазах провожающих он читает подтверждение своего превосходства, своего преображения. «Прощай, мадрас! Прощай, фуляр!»

    Проводив нашего героя к причалу, пожелаем ему счастливого плавания — нам еще предстоит с ним встретиться. А сейчас давайте поприветствуем того, кто вернулся. «Сошедшего на берег» можно узнать с первого взгляда: он отвечает на вопросы исключительно по-французски и делает вид, что перестал понимать креольский диалект. Этот тип хорошо отражен в народном творчестве: «Молодой человек, пожив несколько месяцев во Франции, вернулся домой к семье. Обратив внимание на какой-то земледельческий инструмент, он спросил у своего отца, старого крестьянина, с которым шутки плохи: „А как называется этот агрегат?“ Вместо ответа отец бросил „агрегат“ сыну на ноги, и амнезию как рукой сняло». Уникальный метод терапии.

    Итак, перед нами «сошедший на берег». Он уже не в состоянии разобрать местное наречие, он рассуждает об опере, которую видел разве что издали, но главное — в нем выработалось критическое отношение к соотечественникам. В самой заурядной обстановке он стремится выглядеть оригиналом. Он — тот, кто знает толк во всем. Его выдает собственная речь.

    В парке Ля-Саван, где собирается молодежь Фор-де-Франса [столица Мартиники, — Прим. ред], ожидается выдающееся представление: слово первым делом предоставят возвращенцу. После учебы все направляются в Ля-Саван. Парк обладает особой поэтичностью. Представьте себе пространство — двести метров в длину и сорок в ширину, по периметру окруженное тамариндами, источенными червями, — на одном конце которого возвышается памятник павшим (Отечество благодарит своих детей), а на другом — Central Hôtel. Представьте пространство, изуродованное неровно положенной брусчаткой и скользкой галькой, а среди всего этого — пара сотен молодых людей, прогуливающихся то в одном, то в другом направлении, приветствуя друг друга и собираясь группами. Хотя нет, они никогда не собираются группами, они проходят мимо друг друга:

    — Как дела?
    — Нормально. У тебя как?
    — Нормально.

    И так пятьдесят лет подряд. Да, этот город безнадежно исчерпал себя. Равно как и эта жизнь.

    Они встречаются и беседуют. Возвращенец начинает говорить без промедления — ведь от него этого ждут. Внешнее соответствие — прежде всего. Даже незначительный промах будет подмечен, подробно разобран и меньше чем через двое суток о нем будет знать весь Фор-де-Франс. Если тот, кто претендует на превосходство, не достигает установленного уровня, его не прощают. Например, он скажет: «Конной полиции в Париже я так и не увидел», — и всё, пиши пропало. У него останется только один выбор: сбросить с себя парижанство или умереть от позора. Этого случая ему не забудут: когда он женится, его супруга будет знать, что ее муж — посмешище, а детям придется жить, постоянно отбиваясь и открещиваясь от постыдного анекдота.

    Занимаясь колониальными отношениями, Фанон в 1952 году — тогда была впервые опубликована эта книга — подмечает несколько критичных аспектов, актуальных и сейчас. Колониальная ситуация вредит не только колонизируемому, но и колонизатору. В колониальности есть внутренние иерархии, она не бинарна и не линейна. Мартиникец лучше сенегальца, но хуже плохонького француза. Излишняя эмпатия ничем не лучше ненависти. «Для нас тот, кто обожает негров, столь же „нездоров“, как и тот, кто презирает их, — пишет Фанон уже во введении. — И наоборот, чернокожий, желающий обелить свою расу, и чернокожий, проповедующий ненависть к белым, в равной степени уничтожены. В конечном счете чернокожий заслуживает не больше любви, чем, скажем, чех».

    Приобрести книгу Франца Фанона «Черная кожа, белые маски» вы можете в издательстве Garage, а в нашем телеграме (уже сейчас) и инстаграме (в конце недели) — поучаствовать в розыгрыше четырех комплектов из двух книг: «Ориентализм» Эдварда Саида и «Черная кожа, белые маски» Франца Фанона.

    КнигиПостколониализм
    Дата публикации 30.11.2022

    Наши редкие и полезные дайджесты, трюки в путешествиях. Мы не спамим.