0%
    «Наша культура не ждет помощи извне и не причитает: „Помогите, мы умираем!“ Она просто живет»

    «Не говорить на армянском, не выделяться, интегрироваться»

    Проект антрополога Амалии Пртавян «Темные годы» о жизни в Армении без электричества, адаптации в России и поиске идентичности.

    Мы в Perito продолжаем осмыслять идентичность через художественные проекты.

    Меня зовут Амалия, я социальный антрополог. Я родилась в Армении, но в девяностые годы наша семья переехала в Россию. Сейчас я живу и работаю в Москве. Проект «Темные годы» я посвятила семейной памяти о жизни в Армении в девяностые годы в условиях электрокризиса. Меня давно интересовали вопросы памяти и идентичности, но больше как исследователя.

    Меня шокировали боевые действия, начатые Россией в Украине. В 2022 году темы травмы, принадлежности к своей культуре, выживания стали восприниматься особенно остро. Размышляя над ними, я решила сосредоточиться на воспоминаниях своей семьи и сделать художественный проект. Как моим родным удалось преодолеть темные, холодные годы в Армении, наступившие вскоре после распада Советского Союза и войны в Нагорном Карабахе?

    «Темные» или «холодные» годы — это народное название 1992–1995 годов в Армении, когда страна после распада СССР оказалась отрезана от света и тепла.

    Вскоре после распада Советского Союза и провозглашения Арменией независимости обострился конфликт в Нагорном Карабахе. Турция и Азербайджан закрыли границы с Арменией, и энергоснабжение страны, спроектированное как интегрированная часть Закавказской электрической сети, оказалось в кризисе. Азербайджан также заблокировал трубопровод с природным газом из Туркменистана, перекрыв таким образом 90 % поставок природного газа в страну. Армения фактически оказалась в блокаде на несколько лет.

    Проект «Темные годы» состоит из трех частей. Центральная часть — девятиминутное одноканальное видео «Темные годы», в котором я и мои родные вспоминаем о жизни в Армении и переезде в Россию. Моя семья прожила почти все темные годы в Армении, и рассказы родственников поражают меня своей трагичностью, а люди в рассказах — изобретательностью. Для обогрева дома жгли книги, разбирали скамейки в парках и паркет в квартирах. Соседи, у которых по графику было электричество, звали друг друга в гости, кормили и помогали согреться.

    Вторая часть проекта — видео «Санта-Барбара» с наложенным глитч-эффектом. Для того чтобы посмотреть сериал о роскошной американской жизни, люди ходили в гости к тем, у кого в это время было электричество. Другим способом «просмотра» сериала было радио: иногда удавалось поймать волну, на которой транслировали «Санта-Барбару», и тогда семья собиралась дома и слушала новую серию. «Санта-Барбара» стала в памяти моей семьи символом тех лет, способом отстраниться на какое-то время, отвлечься от выживания.

    Третья часть проекта — анимация «Ай-бу-бен/Այբուբեն/Алфавит», в которой показана самодельная пропись для изучения армянского языка. Моя семья, переехав из Армении в Россию, старалась не говорить на армянском, не выделяться, интегрироваться. В семье часто звучали слова: «Ты должна знать русский язык лучше своих русских одноклассников». Я никогда не учила армянский язык последовательно, в нашей семье всегда делался акцент на интеграции. Мое знание родного языка весьма спорадическое и бессистемное. В какой-то момент я решила сделать пропись армянского языка сама. Эта пропись стала для меня шагом на пути возвращения идентичности.

    Современное искусствоИдентичность
    Дата публикации 20.01

    Наши редкие и полезные дайджесты, трюки в путешествиях. Мы не спамим.